Мир Владимира Канищева — каков он? Увидеть можно в выставочном зале «Звездный»

15:1030.05.2019

«- Вам нравятся картины? — Мне нравится Канищев!» Подслушанный диалог на открытии выставки. Харизма художника буквально льется из его работ. Каждое полотно — шанс хотя бы через маленькую форточку заглянуть в его внутренний мир. Заходите в «Звездный»: там сейчас целая галерея таких окошек — со студенческих лет и до сегодняшнего дня.

 

Начало 80-х. Студенческие годы. И девушка Ира — это одна из самых ранних работ на выставке. Еще один портрет, посвященный возлюбленной, написан чуть позже — в 90-е. С этого момента в жизни Владимира Канищева появилась она — верная муза, ставшая супругой.

 

Наталья Канищева: «Я чувствую эти картины, их образ в меня вселяется, и они больше, чем картины для меня. Они просто становятся нашей жизнью. Я в них вижу отголоски того, как мы живем, что происходит».

 

Путь длиной почти в 4 десятилетия обозначен скромным названием «Картины». Чтобы ничто не отвлекало от чистого восприятия. Вот Канищев, каким он был и остается сейчас. Вдумчивый созерцатель жизни. Романтичный, ироничный и жизнерадостный — общее впечатление вопреки сдержанной и даже мрачной гамме некоторых картин.

 

Владимир Канищев, художник, член Союза художников России: «Сейчас я все больше и больше лезу в минимализм практически геометрических плоскостей, и, как выяснилось, когда я написал одну из первых таких картин, они настолько выразительные, что все остальные картины в мастерской просто пропали».

 

Городские пейзажи, обнаженные фигуры и целые истории, рассказанные на полотнах. Перед каждой картиной можно стоять вечность — искать ответы сперва на ней, а затем и в своей душе.

 

Владимир Дайбов, председатель Курского отделения Союза художников России: «Мне нравится артистизм его произведений. Он человек артистичный, и все свои работы — это в них видно — он как бы выстраивает, режиссирует».

 

Режиссирует не только картины. Во время подготовки выставки пришлось серьезно задуматься об экспозиции.

 

Владимир Канищев: «Мы занимались здесь развеской. Уже практически все висело ровно, и пришел Борис Александрович Грошенко, сказал: во, как интересно, оставь так. Я сначала немного посопротивлялся, потом подумал, что это может быть заключительным аккордом и акцентом всей экспозиции – вылет, взбрык такой».

 

Сдвинутые набок картины как череда восклицательных знаков и приглашение продолжить путешествие в мир Канищева. Эта история пока не рассказана до конца и оттого еще более увлекательна. До 23 июня у вас еще есть время в этом убедиться.

 

Ангелина Рязанцева